«Помпезность ему к лицу». Петербург глазами современного художника

25.12.2017
Холдинг RBI продолжает оформлять парадные своих домов предметами искусства. Дом у Московского TIME стал уже третьим проектом RBI, интерьеры которого украсили графические рисунки из коллекции Сергея Лозовского – художника, чье собрание графики с видами Петербурга является одним из крупнейших в мире. Каким он видит Петербург, рассказывает сам Сергей.

Для дома «Северного города» TIME на Заозерной улице вы сделали семь рисунков с видами исторических вокзалов Петербурга, а до этого были «Четыре горизонта» на Свердловской набережной и «Собрание» на Большой Посадской, где холлы украшены графикой и офортами со знаковыми петербургскими видами. А для вас какие места в Петербурге любимые?
Я в Петербурге родился, с детства жил в центре, близ Кузнечного рынка. А отсюда недалеко до Невского, до центральных улиц, и по ним я ходил ежедневно. Наверное, поэтому для меня Петербург – это в первую очередь помпезные, парадные виды. Аничков мост и Аничков дворец, где были кружки для пионеров, улицы Ломоносова, Росси – вот этот «кусок» Петербурга мой. Хотя есть и у непарадного Петербурга своя специфика – Коломна, дворы-колодцы Васильевского острова, проходные дворы, Петербург Достоевского… Кому-то все это ближе. Но не нужно бояться того, что Петербург – помпезный город. Он ведь и строился как будущая столица. Как место, где человек укрощает стихию, подобно клодтовским коням. Их, кстати, если посмотреть, ведут подковывать как раз куда-то в сторону Кузнечного. Вот эти укрощаемые кони вполне могли бы быть главным символом города, а не только Медный всадник (который на самом деле не медный).

А из непарадного Петербурга, который не Росси и не Клодтом создан, какие образы больше всего «просятся» на рисунок?
Мне с детства был любопытен Арсенал на Кронверке, где был и есть Военно-исторический музей артиллерии. Как человеку, который занимается офортами, мне нравится кирпичная кладка, ее рельефность и фактура. Это не говоря про сами вещи, которые внутри музея, конечно. Завод «Красный треугольник», другие старые заводы из красного кирпича, которых в Петербурге немало – смотришь на них и не понимаешь, как можно было так красиво сделать. Но это, опять же, исторический центр. Не обижая Купчино и Ленинский проспект, нужно понимать, что там уже не совсем Петербург и не совсем петербургская архитектура – скорее какие-то общие геометрические формы, объемы с непроработанными деталями. Сравните «панельку» или советское здание общежития – и особняк XIX века. В первом случае рассматривать совершенно нечего. А там, где есть детали, – там есть пространство для творчества и есть за что зацепиться глазу. Вот в доме TIME такие детали есть… И само искусство офорта – оно этим и замечательно: в нем много деталей. Многое зависит не только от геометрии линий, но от их толщины и рельефности. В стремительности сегодняшнего дня мы привычку разглядывать детали теряем. Современных детей уже надо к этому приучать – иначе они то, что им понравилось, просто сфотографировали на айфон и забыли… Офорт и графика приучают к тому, что человек должен постоять около картины: увидеть одно, другое, третье…

Какие такие детали в этой старинной кирпичной кладке фабричной, что хочется перенести ее на офортную доску?
Мы же все вышли из детства, ищем в жизни какой-то надежности, хотим чего-то твердого, чтобы опереться. Это психология человека. А кирпичная кладка – она напоминает каменную, следовательно, надежная. В том числе и потому, что она рельефная. Ведь возьми заштукатурь кирпичный фасад – и уже не видно, что там под штукатуркой, камень или фанера. Но кирпичная кладка – не обязательно старинная и не обязательно фабрика. Тот же новый жилой дом «Четыре горизонта», который я помогал оформлять, он в такой же стилистике сделан. Но это редкий случай. В современной архитектуре все слишком часто упирается в бюджет, а это приводит к утрате петербургского стиля. Только немногие современные архитекторы способны этот стиль продолжать и развивать – те люди, которые дух Петербурга впитали с детства. А если человек живет на Парнасе – что он видит, выходя из метро? Сорок домов одинакового цвета, одинакового размера. Здесь нет петербургского характера.

Какой он – этот петербургский характер? Если бы наш город был человеком, как думаете, что это был бы за человек?
Это был бы человек немного вальяжный. Особенно летом, с апреля по сентябрь, слово «вальяжный» к Петербургу подходит. Человек, который ведет себя спокойно, уверен в себе, делает все не торопясь. Если ты живешь в Петербурге, ты тоже должен это понимать: жизнь удалась, можно никуда не спешить. Ты уже живешь в таком замечательном городе – чего еще желать?

Вальяжный – он же скорее неформальный, расслабленный. А вы говорите, что ваш Петербург – помпезный и парадный. Насколько это совместимо? Можно быть одновременно и помпезным, и вальяжным?
Для меня они где-то рядом. «Помпезный» – это ведь означает величественный. То есть он имеет право несколько снисходительно ко всему окружающему относиться. Вспомни: у каждого мероприятия должен быть дресс-код. Есть максимально строгий white tie, а есть «встреча без галстуков». Но это же не молодежная вечеринка: здесь своя торжественность и официальность. Так и величественный человек – он может себе позволить расслабленно откинуться на спинку кресла. Но он не развалясь сидит – у него другой статус.

Хорошо, а другие есть такие же города? Или Петербург такой один?
Я побывал во многих других городах, и знаю, о чем говорю: у нас, в сравнении с другими великими городами мира, количество дворцов и старинных особняков на один квадратный километр – оно просто зашкаливает. Настолько, что многие, живя с ними рядом всю жизнь, их просто не замечают, как фон. Пройдись хоть по Миллионной улице. Я, своими работами в том числе, хотел бы донести до людей эту особенность Петербурга – чтобы не забывали, в каком городе живем, чтобы останавливались рассмотреть детали. Конечно, надо это закладывать с детства, чтобы человек с малых лет ходил в Эрмитаж, в Русский музей. А то некоторые даже не помнят, когда в Эрмитаже последний раз были. Мне вот повезло: нас в школе водили туда каждые две недели. Одно из первых впечатлений помню до сих пор: голландский зал, и над дверями белый пеликан – это картина «Птицы в парке» Мельхиора де Хондекутера. Сорок лет прошло – а я до сих пор иногда хожу именно на этого пеликана посмотреть. А когда был в третьем классе, настолько засмотрелся, буквально не мог отойти, что в итоге отстал от своего класса и потерялся. Здорово мне тогда попало. А сегодня человек в музее селфи делает и выкладывает с геолокацией. Но что ты в этом музее увидел-то, помимо того, что там сфотографировался? В Петербурге искусство, архитектура, вся эта красота – она вокруг, рядом. Иногда нужно отставить спешку, остановиться и рассмотреть, что увидеть не только общие формы, но и детали.

Сергей Лозовский (род. 1963) – петербургский художник, издатель и коллекционер, обладатель одной из крупнейших коллекций видов Петербурга, выполненных в техниках «офорт» и «графика». Свою коллекцию собирает более 10 лет. Лозовский – единственный коллекционер, который экспонировал работы в Президентской библиотеке им. Б.Н.Ельцина. Среди его заказчиков – не только RBI, но и ряд других крупных компаний Петербурга.